Воскресенье, 26-ое... Приболел я что-то. Зашел в аптеку химии всякой купить. Стою в очереди. Передо мной какая-то бабуля таблетки по сумке распихивает и девица лет 20-ти, полненькая и в больших очках. Девица протягивает в окошко купюру и тихо так изрекает: - 2 упаковки презервативов и пузырек валерьянки, пожалуйста... Бабуля тут же поворачивается к девице и изрекает: - Волнуешься? Зря... .... Из аптеки меня уже выносили......
Если утреннее похмелье воспринимается как нечто само собой разумеющееся, то проснуться ночью от головной боли и жуткого озноба в мокрой тине - это уж слишком. Hесчастный матрос плёлся в кромешной тьме. За спиной яростно грохотали волны. "Штормит, однако" - думал он, прикладываясь к заветной бутылочке. Весь берег был усеян мусором: ящики, коробки, собачьи конуры и прочая дребедень всюду валялась под ногами. - Развели бардак! - орал матрос, в ярости пиная хлам, в котором, судя по доносящемуся писку и мелькающим теням, проживала нечисть вроде крыс, мышей и сусликов. Побродив ещё некоторое время, матрос притомился, рухнул на груду мусора и спокойно уснул. Город был разгромлен. Утром Гулливера повязали...
